Живет в Павлодаре Наум Григорьевич Шафер, замечательный человек, преданный Ее Величеству Музыке. Много сил потратил Наум Григорьевич на создание музея грампластинок и теперь павлодарцы могут прикоснуться к тому, что стало музыкальной историей. Наум Григорьевич занимается исследованием неизвестных музыкальных страниц и щедро делится своими находками.

  Всем известно, что Исаак Осипович совершил переворот в русской бытовой музыке, но почти никогда, не исполняется еврейская музыка Дунаевского. Между тем, у него есть подлинные шедевры. Такова мелодекламация для чтеца и струнного квартета "Песнь Песней", созданная в 1920 году, на библейский текст в переводе Абрама Марковича Эфроса. После первого успешного исполнения, рукопись шестьдесят лет не была востребована. Только в год столетия Дунаевского, 18 марта 2000 года в Москве, в Российском фонде культуры, "Песнь Песней" прозвучала в исполнении инструментального квартета.

  В библейском тексте взаимная страсть Соломона и Суламифи - апогей чувственной любви, которая "сильна, как смерть". У Дунаевского наоборот, лейтмотивом проходит трагедия безответного чувства - любви к Вере Леонидовне Юреневой, актрисе, бывшей значительно старше юного композитора. Эта благородная музыка становиться истинно еврейской благодаря тому, что восточные "голоса" приобретают характер высокого драматизма, сближая "Песнь Песней" с потрясающими синагогальными молитвами, похожими на неутешный плач в расцвете сил.

  В 20-е годы Дунаевский пишет музыку к драме Карла Гуцкова "Уриэль Акоста". В конце 20-х годов, композитор вступает в сотрудничество с передвижным театром еврейской Музыкальной драмы, который обосновался в то время в Москве. Дунаевский впервые пробует писать музыку непосредственно на еврейские тексты (до этого он имел дело только с переводами). Очень жаль, но именно эти музыкальные сочинения до сих пор не обнаружены, в том числе большая оперетта "Гановим-трест" ("Трест воров"). Дунаевский настолько был окрылён работой с еврейским театром, что свои последующие музыкальные произведения выполнял под впечатлением счастливых переживаний. Так, для спектакля "Таракановщина" в Московском театре сатиры, композитор создаёт своеобразный номер "Выход феи с трактором" - пародию на популярный матросский танец "Яблочко", оформленный в виде еврейского "Фрейлехса". Это был фейерверк музыкального остроумия! Хотелось бы добавить, что по инициативе Любови Шашковой, страстной пропагандистки музыки Дунаевского, этот музыкальный номер прозвучал на праздничном концерте в честь 90-летия со дня рождения композитора.

  16 января 1931 года в ленинградском мюзик-холле состоялась премьера утесовского представления "Джаз на повороте", где впервые прозвучала "Еврейская рапсодия" Дунаевского. Скрипки, трубы, тромбоны, саксофоны, банджо, варьируя местечковые мелодии, стремились убедить слушателей, в духовном раскрепощении еврейского народа. И слушатели верили, что они раскрепощены, но при этом хорошо ощущали подспудную печаль композитора. После распада СССР появилась возможность выпустить полную, отреставрированную запись "Еврейской рапсодии". Что и сделал Глеб Скороходов в I993 году, когда собирал звуковой материал для двухпластиночного альбома "Неизвестный Утесов". Но в 1932 году это произведение было записано на двух языках: русском и идиш. Еврейский вариант, на чистейшем идиш, до сих пор скрыт от почитателей Леонида Утесова, мастерски исполняющего "Рапсодию".

  Принято считать, что музыкальный путь Дунаевского в кино берет начало с "Веселых ребят". На самом деле, он начинается с его еврейских мелодий для кинофильма "Первый взвод", который был снят в 1933 году режиссёром Владимиром Корш-Саблиным.

  В 1936 году, для фильма Григория Александрова "Цирк", Дунаевский сочинил две колыбельные. Помните, советские интернационалисты передают из рук в руки чернокожего малыша и поют колыбельную, каждый на своём языке: русском, украинском, татарском, английском, грузинском... На идиш пел Соломон Михайлович Михоэлс: "Ундерт вегн до ин ланд, але фар дир офн…". У этих кадров - глубоко драматическая судьба. В 1948 году Михоэлса убили, а в 1953-м, великого артиста посмертно объявили "еврейским буржуазным националистом". Поспешно его часть "Колыбельной" изъяли из всех копий фильма и уничтожили негатив. Дунаевский буквально хватал себя за голову. Он так и умер с мыслью, что произошло необратимое… Но второй половине 50-х годов, в Чехословакии, кинорежиссёр Григорий Александров обнаружил в пражском киноархиве полную копию "Цирка". И сегодня Соломон Михайлович снова поет с экрана, что все "пути открыты".

  Пути действительно открыты, и нередко евреи покидают родину Михоэлса и Дунаевского… А ведь было время, когда они съезжались со всех концов света, в надежде найти здесь своё "еврейское счастье". Старая история... Об этом - самая значительная работа Дунаевского в области еврейской музыки - кинофильм "Искатели счастья".

Наум Григорьевич Шафер